8(81841)2-17-04       Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

    Александро – Ошевенский монастырь – единственный из сохранившихся в каргопольской округе. Основан он иноком Александром Ошевнем в 1453 году.

    Александр был крестьянским сыном, уроженец белозерских пределов – с Вещозера близ озера Воже. В юношеском возрасте принял пострижение в Кирилло – Белозерском монастыре. По совету своего отца, переселившегося в каргопольские земли, пришел на реку Чурьегу и здесь, в сорока четырех верстах от города, устроил пустынь на месте дикого леса. Уже в то время, в XV веке, земли эти были отнюдь не ничейными, принадлежали они новгородской боярыне Настасье. Эта боярыня выдала Никифору, отцу Александра, грамоту на заселение слободы и на владение окрестными угодьями. По всей видимости, существование своего монастыря упрочивало положение предприимчивых богатых крестьян, какими были отец и родственники Александра. Но когда Александр постриг двух своих племянников, на него озлобились братья и отобрали своих детей. Житие дает портрет святого: он был среднего роста, лицом сух, борода небольшая, но густая, взор ясный и веселый, сам скромный и молчаливый; он страдал от тяжелой болезни и относительно рано умер.


  О возникновении монастыря свидетельствует житие прп. Александра: «В Каргопольской области есть волостка Слобода завома, над рекою Чюрьюгою и об ону сторону тоя реки есть место угодно к монастырскому строению» (Барсов Е.В.). Каким же условиям отвечало место «угодно монастырскому строению»? Прежде всего – это близость реки, обеспечивающая постоянный рыбный промысел и удобную связь с новгородским торговым путем, проходящим по р. Кене и Онеге к Северной Двине и Белому морю. Имела значение и живописность места: «бор бяше, лесом же и езеры исполнено вели и красно бяше отовсюду…»

  Александровской обители не суждено было стать большим монастырем. Монастырь был деревянным и неоднократно истреблялся пожарами. Каменные строения относятся к XVIII – XIX векам.

    Ошевенская обитель имела громадное значение для местного края и воспитала шесть обителей. Из нее вышел прп. Пахомий Кенский (память его в субботу по Богоявлении), воспитавший прп. Антония Сийского (память его 7 дек.); прп. Кирилл, основатель Сырьинской обители, и другие подвижники, основавшие свои давно уже не существующие обители. С прп. Александром в нравственной связи находилась обитель св. Дамиана (в схиме Диодора) Юрьегорского (память его 27 нояб.). 

    Легенды и предания.

   В устных преданиях об Александре Ошевенском, хорошо сохранившихся до нашего времени, подробно рассказывается о том, как святой выбирал место для монастыря. Эти предания не находят аналогий в житийном рассказе, но зато хорошо соответствуют историческому духу эпохи монастырской колонизации Севера. Местные крестьяне, как правило, весьма неприветливо встречали желавших поселиться рядом с ними монахов. Страх перед тем, что монастырь будет посягать на их земельные угодья, заставлял крестьян чинить преподобным всевозможные препоны в их деле.


   Согласно этим преданиям, преподобный Александр прошел из Каргополя до д.Черепаха (близ д. Поздышево) и решил там обосноваться. Но местные жители прогнали его метлой, за что преподобный предсказал им жить «ни серо, ни бело». И действительно, добавляют рассказчики, деревня эта так и осталась некрасивой и небогатой. Побывал святой и в д. Волосово, которая упоминается в житии как место временного поселения его отца Никифора. Однако и там мужики встретили его враждебно, и Александр вынужден был оттуда уйти. На прощание Александр предрек волосовским мужикам, что со своего поля они не будут получать прибыли, - с тех пор в поле овес все время осыпается и не дает хорошего урожая. Далее путь Александра лежал в старинную деревню Халуй (ныне Большой и Малый Халуй), которая находится всего в 3- 4 км от монастыря. Современного путешественника, оказавшегося в этих местах, не может не поразить одна странная особенность здешнего ландшафта. Небольшая извилистая речка Халуй, берущая свое начало примерно в 10 км от деревень, дойдя почти до первых домов, вдруг останавливается и уходит под землю. Миновав деревни, она снова выходит на поверхность и скоро соединяется с рекой Чурьегой. Глубокая ложбина, заросшая травой, местами покрытая камнями и песком, указывает на то, что когда-то речка протекала рядом с деревнями по этому руслу. Подобное явление нередко наблюдается на территориях, почва которых состоит из растворимых пород (карст). Такое естественное объяснение этой особенности, жители, однако, связывают с посещением их деревень Александром Ошевенским. Уже под вечер, изможденный долгой дорогой, пришел преподобный Александр в это селение и попросился на ночлег. Еще хуже, чем в других деревнях, встретили его халуйцы. "Убирайся подобру-поздорову, и чтобы духу твоего, а не то что тебя самого, здесь не было!" — кричали мужики и бабы. Поглядел Божий странник на всю собравшуюся толпу и так тихо, так грустно и горько заплакал. Видно уж очень больно стало ему за грешных людей: "Живут в довольстве; вокруг краса Божия. Его всесильной заботою течет у самых изб чистая река. А они так злы, так подозрительны! Забыли, что все у них — милостью Божьею, и уже гонят, как пса, какого, не имеющего крова и ищущего одного спасения странника". И поднял странник уже со строгостью глаза вверх и, указывая перстом на реку, тихо, но внятно произнес: "Видите эту реку? Великая благодать для человека, когда у самого жилья так много здоровой свежей воды. Но вот что скажу я вам: река эта течет и будет течь, но воды из ней вам не пивать; вы будете жить у воды, но без воды". Сказал, повернулся и скрылся из глаз удивленных жителей.  По слову его, выше деревин провалилась мать сыра земля и впустила в себя реку, а ниже деревень опять выпустила ее из своей могучей груди. А где река текла, осталась одна котловина, полная песку и камня». Позднее на том месте, где выходит река из-под земли, халуйцы поставили в знак своего покаяния часовню.


    Почитается Александр Ошевенский в Каргополье и как избавитель этого края от змей. По преданию, преподобный Александр заклял змей и предрек, что, до тех пор, пока стоит его монастырь, «пока звон слышно», змей в Каргополье не будет. И действительно, как вспоминают старожилы, змей в Каргопольском крае в старые времена не было, хотя в соседних уездах они водились. Теперь же, «как монастырь разорили, змей полно».